Русско чеченская война 1817 1864. Почему Кавказская война так долго длилась? Понятие "Кавказская война", ее исторические трактовки

Кавказская война - самая длительная в истории России. Официально она велась в 1817-1864 годах, но фактически дату начала регулярных боевых действий можно отодвигать на начало Русско-персидской войны 1804-1813 годов, присоединение Грузии в 1800 году, или на Персидский поход 1796 года, или даже на начало Русско-турецкой войны 1787-1791. Так что не будет особым преувеличением называть ее "нашей Столетней"...

Топ-10 российских генералов Кавказской войны (в порядке хронологии)

1. Павел Дмитриевич Цицианов (Цицишвили) . Потомок обрусевшего грузинского княжеского рода, генерал от инфантерии, "птенец гнезда Суворова" (о чем любят вспоминать касаемо прославившихся генералов, а касаемо облажавшихся - не вспоминают), главнокомандующий в Грузии - первый после ее присоединения к России (в каковом процессе сыграл не последнюю роль). В 1803 году возглавляет русские войска в войне против Персии. Штурмом берет Гянжу, побияет персов у Эчмиадзина и Канагира, однако Эривань взять не может. Присоединяет к России Илисуйский и Шурагельский султанаты, Гянжинское, Карабахское, Шекинское и Ширванское ханство. В 1806 году осадил Баку, но во время переговоров о сдаче города убит персами. При жизни высоко ценимый начальством и популярный в армии, ныне напрочь и смертельно забыт "патриотами России".

2. Иван Васильевич Гудович . Укропохохол Из малороссийской знати. Человек "сложного характера", особенно под конец жизни, когда впал в маразм и, будучи губернатором Москвы, объявил войну... очкам, бешенно нападая на каждого, кого в них видел (а его нечистоплотные родственники тем временем банально пилили казну). Однако перед тем Гудович, удостоенный за свои победы титула графа и чина генерал-фельдмаршала, отличился во всех турецких войнах, многократно побияя неприятеля в должностях начальника Кавказской линии и командующего Кубанским корпусом, а в 1791 году совершил потрясающий подвиг, взяв штурмом Анапу - деяние, куда более достойное тонн позолоченного пиара, нежели штурм Измаила. Но, однако ж, укрохохлам "клевретам павловской палочной реакции" быть героями в нашей истории не положено...

3. Павел Михайлович Карягин . Это, видимо, она и есть, ирония истории - человека, совершившего самые удивительные подвиги, забывают прочнее всего. 24 июня - 15 июля 1805 года отряд полковника Карягина, командира 17-го егерского полка, из 500 человек оказался на пути 40-тысячной персидской армии. За три недели эта горстка, сократившаяся в итоге до сотни бойцов, не только отбила несколько нападений врага, но умудрилась штурмом взять три крепости. За такой практически епический подвиг полковник не стал генералом, не получил орден св. Георгия (4-й степени у него уже был, а 3-ю давать "пожадились", отбоярившись наградной шпагой и Владимиром 3-й степени). Даже более того - неизвестна до сих пор дата его рождения, не существует ни одного портрета (хотя бы и посмертного), поселок его имени (Карягино) ныне гордо именуется городом Физули, а в России имя полковника забыто от слова "насмерть"...

4. Петр Степанович Котляревский . Еще один "укр" (настоящим "патриотам России" уже должно быть стыдно-стыдно), с 1804 по 1813 год сделавший в Закавказье блестящую карьеру, заслужив прозвища "Генерал-метеор" и "Кавказский Суворов". Побил персов в епическом (по неравенству с ними сил) сражении у Асландуза, взял Ахалкалаки (получив за нее чин генерал-майора) и Ленкорань (за что удостоен св. Георгия 2-й степени). Однако "как всегда в России" - при штурме Ленкорани Котляревский был тяжело ранен в лицо, вынужден выйти в отставку и почти 40 лет прожил в "честной скромности" и постепенно усиливавшемся забвении. Правда, в 1826 году Николай I присвоил ему чин генерала от инфантерии и назначил командующим армией в новой войне против Персии, но Котляревский от поста отказался, сославшись на раны и усталость от хвороб и болячек. Ныне забыт в степени, прямо пропорциональной его прижизненной славе.

5. Алексей Петрович Ермолов . Кумир российских нацистов и прочего националиствующего отребья - потому что для любви быдла в России не надо было побеждать персов или турок, а надо было жечь и казнить "лиц чеченской национальности". Впрочем, репутацию и способного генерала, и жесткого администратора генерал от инфантерии Ермолов заслужил еще до своего назначения на Кавказ, в войнах с поляками и французами. Да и вообще, при всей злобности характера и "беспощадности к врагам рейха" понимал Кавказ и кавказцев куда больше, чем нынешние его фоннаты из "спасунов России". Правда, начало войны с Персией в 1826 году откровенно прошляпил и допустил ряд неудач. Но сняли его не за это, а за "политическую неблагонадежность" - и это тоже всем известно.

6. Валериан Григорьевич Мадатов-Карабахский (Мадатян), ака Ростом Григорян (Кюкюиц) . Ну, тут-то всё понятно - зачем нынешним россиянам помнить о каком-то "армяшке" из простолюдинов, умом, отвагой и "деловыми качествами" добившемся чина генерал-лейтенанта и славы "правой руки Ермолова"? Всякоподвиги в войнах с французами, многолетнее держание в "ежовых рукавицах" азербайджанских князьков и победа над персами у Шамхора - это всё фигня, "чеченцев не убивал". Отставка Ермолова привела Мадатова к неизбежному конфликту с Паскевичем, отчего в 1828 году он перевелся в действующую на Дунае армию, где и умер от болезни после очередных всякоподвигов.

7. Иван Федорович Паскевич . И опять "хохлоукр" (да, да, все уже поняли, что это ЗОГ). Один из многих "комдивов 1812 года", которому Фортуна выдала счастливую квитанцию - он стал сперва командиром и "военным наставником", а потом любимцем будущего императора Николая I, который тотчас же по восшествии на трон сделал его сперва командующим армией в войне против Персии, затем, свалив Ермолова, командующим Кавказским корпусом. Единственным достоинством Паскевича, человека подозрительного, самодурственного, злого и "с пессимистическим взглядом на мир" был его военный талант, позволивший одержать громкие победы над персами, а потом и над турками в войне 1828-1829 годов. Впоследствии Паскевич стал графом Эриванским, князем Варшавским, генерал-фельдмаршалом, но карьеру завершил довольно бесславно в 1854 году, немногого добившись на Дунае до тяжелой контузии при Силистре.

8. Михаил Семенович Воронцов . Обладатель вызывающей обманчивое впечатление о его известности аристократической фамилии. Но к ЗОГу тоже имеет непосредственное отношение, ибо вырос и получил образование в Лондоне, где его отец трудился многие годы полномочным министром (послом). Отчего и вынес еретические и богопротиные убеждения, что солдат палками лупить нельзя, ибо они от этого хуже служат... Много и плодотворно воевал с французами, будучи тяжело ранен при Бородино, а с 1815 по 1818 год командуя оккупационным корпусом во Франции. В 1844 году был назначен наместником Кавказа и до 1854 года командовал корпусом в период самых активных боев с Шамилем - брал Дарго, Гергебиль и Салты, заслужив чин генерал-фельдмаршала. Впрочем, многие его распоряжения, особенно во время "Сухарной экспедиции", сильно критикуют до сих пор. Нынешним "патриотам" неизвестен от слова "абсолютно", несмотря даже на факт войны против чеченцев. И правильно - нам агенты гей-ропейского ЗОГа в героях не нужны...

9. Николай Николаевич Муравьев-Карсский . Из не менее знаменитой аристократической фамилии, с тем же эффектом "обманчивого узнавания" - нынешния "россиянины" скорее вспомнять декабристов Муравьевых, или Муравьева-Амурского. Будущий генерал от инфантерии начал карьеру во время войн с французами по квартермейстерской части, то бишь офицером штаба. Затем судьба забросила его на Кавказ, где он и провел большую часть жизни и карьеры. Человеком Николай Муравьев оказался сложным - вредным, злопамятным, самолюбивым и желчным (почитайте его "Записки" - всё поймете), с длинным и поганым языком, конфликтовал и с Грибоедовым, и с Паскевичем, и с Барятинским, и со многими другими. Но его военные способности таки привели к тому, что в 1854 году Муравьев был назначен намстником Кавказа и командующим Кавказским корпусом. На каковых постах многопобиял турок во время Восточной (Крымской) войны и во второй раз в истории России взял Карс (став Карсским). Но разосрался почти со всеми "кавказскими" военными и в 1856 году ушел в отставку.

10. Александр Иванович Барятинский . Ну наконец-то густопсово-чистопородный князь Рюрикович. Потому, видимо, просто и честно забыт "патриотами" с чистой совестью. Почти всю свою военную карьеру провел на Кавказе, за исключением 1854-1856 годов, когда из-за ссоры с Муравьевым оставил пост начальника штаба Кавказского корпуса. В 1856 году назначен наместником на Кавказе и командующим Кавказским корпусом. Браятинскому выпала честь (абсолютно не отразившаяся на сегодняшней непопулярности) завершить Кавказскую войну - в 1859 году русским войскам сдались Шамиль (за что Барятинский таки стал генерал-фельдмаршалом) и Мухаммад Амин, в 1864 году капитулировали последние из сопротивлявшихся - черкесы. Зе вар ис овер...

К Российской Империи явилось длительным и неоднозначным историческим процессом, который носил объективный характер. Бурный территориальный рост Российской Империи в 18 веке привел к тому, что границы вплотную приблизились к Северному Кавказу. Необходимо было, с геополитической точки зрения, обрести надежный естественный барьер в виде Черного и Каспийского морей и Главного Кавказского хребта.

Экономические интересы страны требовали стабильных торговых путей на Восток и в Средиземноморье, что нельзя было получить без овладения Каспийским и Черноморским побережьями. Сам Северный Кавказ располагал различными природными ископаемыми (железная руда, полиметаллы, уголь, нефть), а его степная часть, в отличие от скудных почв исторической России, имела богатый чернозем.

Во второй половине 18 века Северный Кавказ превратился в арену борьбы между крупнейшими мировыми державами, которые не хотели уступать друг другу. Традиционно, претендентом выступала . Первые попытки турецкой экспансии стали осуществляться во второй половине 15 века в виде устройства различны крепостей и, совместных с крымским ханом, походов против горцев.

С 60-х годов 15 века продолжается проникновение старейшего соперника Турции . В начале 16 века персам удается захватить Дербент, шиитского толка и закрепиться в южных равнинах Дагестана. В ходе целого ряда турецко-иранских войн Дагестан несколько раз переходил из рук в руки, причем Иран стремился взять под контроль внутренние горные районы Дагестана. Последние активные попытки такого рода были предприняты в 1734-1745 годах, то есть период походов Надир-шаха .

Соперничество между двуми восточными государствами приводило к людским потерям и хозяйственному упадку местных кавказских народов, но ни туркам, ни иранцам никогда не удавалось поставить под полный контроль горные районы Северного Кавказа. Хотя в 18 веке Закубанье считалось территорией Османской Империи, а юг Дагестана – в зоне интересов Ирана. Активно противодействовали продвижению России на Северный Кавказ англичане и французы. Их дипломаты и советники постоянно подстрекали шахские и султанские дворы к войне с Россией.

Этапы русской колонизации Северного Кавказа

Не только политическое соперничество заставляло Россию активизировать включение в свой состав Кавказских земель. Этому способствовали предыдущие отношения с народами Северного Кавказа, начиная , заканчивая . Помимо правительственных акций в течение 16-18 веков, на Кавказ устремились потоки и крестьян, которые расселялись в различных местах, таким образом выступая проводниками российского влияния.

  • 16 Век – появление вольных поселений терских и гребенских казаков;
  • 80-е годы 17 века – поселение части донских казаков-раскольников на Куме, затем на реке Аграхане, во владениях Шамхала Тарковского;
  • с 1708 по 1778 годы – на нижней Кубани проживали казаки некрасовцы, участвовавшие в восстании Кондратия Булавина и ушедшие от царской расправы на Кубань.

Прочное овладение и системное закрепление России на Северном Кавказе оказалось связано с 18 веков и строительством кордонных укреплений. Первым актом стало переселение на левый берег Терека и основание пяти укрепленных городков. Следующими действиями стали:

  • в 1735 году – строительство крепости Кизляр;
  • в 1763 году – строительство Моздока;
  • в 1770 году – переселение части казаков Волжского войска на Терек.

После успешного завершения русско-турецкой войны 1768-1774 годов появилась возможность соединить терскую лини с донскими землями. Таким образом, разворачивается (Кавказская), где размещают Хоперкий полк и остатки Волжского войска.

В 1783 году Крымское ханство присоединяется к России, а граница на Северо-Западном Кавказе устанавливается по правому берегу Кубани. После победы в русско-турецкой войне 1787-1791 годов правительство Екатерины II активно осуществляет заселение кубанской границы.

В 1792-1793 годах от Тамани до современного Усть-Лабинска размещают бывших запорожцев, Черноморское казачье войско. В 1794 и 1802 годах возникают поселения по среднему и верхнему течению реки Кубань, куда переводят на жительство казаков Донского и Екатерининского войска.

В результате победоносных войн с Ираном и Турцией (1804-1813, 1826-1828, 1806-1812, 1828-1829) к Российской Империи присоединяется все Закавказье и возникает, таком образом, вопрос об окончательном включении Северного Кавказа в состав Российской Империи.

Кавказская война как столкновение двух различных цивилизаций

Попытки распространить российское административное управление на земли горцев вызывает сопротивление последних и, в итоге, возникает то историческое явление, которое в последствие назовут Кавказской войной . Оценка этих событий даже с позиции современной науки представляется сложным процессом.

Многие исследователи подчеркивают, что строительство кордонных линий и появление первых поселений привело к смене набеговой ориентации горцев. Так, например, в первой половине 18 века казаки Терской линии постоянно отражали набеги вайнахов и народов Дагестана. В ответ на эти нападения организовывались карательные экспедиции, репрессалии . Таким образом, зарождалось состояние перманентной войны, которая в сво очередь являлась результатом столкновения двух различных миров со своими ментальными установками.

Для самих горцев набеги были органической составляющей их жизни, они давали материальные блага, создавали героический ореол вокруг удачливых вождей набегов, являлись предметом гордости и поклонения. Для российской администрации, набеги – это преступления, которые должны пресекаться и караться.

Начиная с 18 века были отмечены, так называемые, добровольные вхождения ряда местных народов в состав Российской империи. Например, в 1774 году присягу на верность России принесли осетинские христиане, несколько вайнахских обществ, в 1787 году – дигорцы. Все эти акты не свидетельствовали об окончательном вхождении этих народов в состав Империи. Многие горские владельцы и общества часто лавировали между Россией, Турцией и Ираном и желали как можно дольше сохранить самостоятельность.

Так, по условиям Кючук-Кайнарджийского мира, 1774 года, Кабарда окончательно включилась в состав Российской Империи, однако, через несколько лет 1778-1779 кабардинские князья и их подданные неоднократно пытались нападать на Азово-Моздокскую линию.

Горские владельцы и общества категорически отвергали и не желали жить по российским законам. Например, в 1793 году в Кабарде утверждаются суды для родовой верхушки, то есть теперь кабардинские князья и дворяне должны судиться не по адатам, а по российским законам. Это привело в 1794 году к мятежу среди кабардинцев, подавленному силой.

Наибольшее сопротивление России возникает среди горцев Северо-Западного Кавказа (Черкессия) и Северо-Восточного Кавказа (Чечня и Дагестан). Это и приводит к Кавказской войне (1817-1864 годов).

Открыть в полном размере

Хронология Кавказской войны до сих пор оспаривается. Данное историческое явление оказалось неоднозначным, так как участие в этой войне каждого из кавказских народов было различным. Например, практически не участвовали . Карачаевцы до 1828 года сохраняли лояльность, лишь затем понадобился трехдневный поход против них.

С другой стороны имелось упорное, длившееся по нескольку десятков лет, сопротивление чеченцев, черкесов, аварцев и ряда других. Развитие этой войны подвергалось воздействию внешних сил – Турции, Ирана, Англии и Франции.

©сайт
создано на основе личных студенческих записей лекций и семинаров

В 1817-1827 годах командиром Отдельного Кавказского корпуса и главноуправляющий в Грузии был генерал Алексей Петрович Ермолов (1777-1861). Деятельность Ермолова на посту главнокомандующего была активной и довольно успешной. В 1817 году начато сооружение Сунженской линии кордонов (по р.Сунжа). В 1818 году на Сунженской линии построены крепости Грозная (совр. г.Грозный) и Нальчик. Походы чеченцев (1819-1821) с целью разрушения Сунженской линии были отбиты, русские войска начали продвижение в горные районы Чечни. В 1827 году за покровительство декабристам Ермолов уволен в отставку. На пост главнокомандующего был назначен генерал-фельдмаршал Иван Федорович Паскевич (1782-1856), который перешел к тактике рейдов и походов, что далеко не всегда могло дать прочные результаты. Позднее, в 1844 году, главнокомандующий и наместник князь М.С.Воронцов (1782-1856), был вынужден вернуться к кордонной системе. В 1834-1859 годах освободительную борьбу кавказских горцев, проходившую под флагом газавата, возглавлял Шамиль (1797 - 1871), создавший мусульманско-теократическое государство - имамат.Шамиль родился в селении Гимрах около 1797 г., а по другим сведениям около 1799 г., от аварского узденя Денгау Мохаммеда. Одаренный блестящими природными способностями, он слушал лучших в Дагестане преподавателей грамматики, логики и риторики арабского языка и скоро стал считаться выдающимся ученым. Проповеди Кази-муллы (вернее Гази-Мохаммеда), первого проповедника газавата - священной войны против русских, увлекли Шамиля, который сделался сначала его учеником, а потом другом и ярым сторонником. Последователи нового учения, искавшего спасения души и очищения от грехов путем священной войны за веру против русских, назывались мюридами. Когда народ был достаточно нафанатизирован и возбужден описаниями рая, с его гуриями, и обещанием полной независимости от каких бы то ни было властей, кроме Аллаха и его шариата (духовного закона, изложенного в коране), Кази-мулла в течение 1827 - 29 годов успел увлечь за собой Койсубу, Гумбет, Андию и др. мелкие общества по Аварскому и Андийскому Койсу, большую часть шамхальства Тарковского, кумыков и Аварии, кроме ее столицы Хунзаха, где побывали аварские ханы. Рассчитывая, что власть его только тогда будет прочна в Дагестане, когда он окончательно овладеет Аварией, центром Дагестана, и ее столицей Хунзахом, Кази-мулла собрал 6000 человек и 4 февраля 1830 г. пошел с ними против ханши Паху-Бике. 12 февраля 1830 г. он двинулся на штурм Хунзаха, причем одной половиной ополчения командовал Гамзат-бек, будущий его преемник-имам, а другой - Шамиль, будущий 3-й имам Дагестана.

Штурм был неудачен; Шамиль вместе с Кази-муллой возвратился в Нимры. Сопровождая своего учителя в его походах, Шамиль в 1832 г. был осажден русскими, под начальством барона Розена, в Гимрах. Шамиль успел, хотя и страшно израненный, пробиться и спастись, тогда как Кази-мулла погиб, весь исколотый штыками. Смерть последнего, раны, полученные Шамилем во время осады Гимр, и господство Гамзат-бека, объявившего себя преемником Кази-муллы и имамом - все это держало Шамиля на втором плане до смерти Гамзат-бека (7 или 19 сентября 1834 г.), главным сотрудником которого он был, собирая войска, добывая материальные средства и командуя экспедициями против русских и врагов имама. Узнав о смерти Гамзат-бека, Шамиль собрал партию самых отчаянных мюридов, бросился с ними в Новый Гоцатль, захватил там награбленные Гамзатом богатства и велел убить уцелевшего младшего сына Пару-Бике, единственного наследника Аварского ханства. Этим убийством Шамиль окончательно устранил последнее препятствие к распространению власти имама, так как ханы Аварии были заинтересованы в том, чтобы в Дагестане не было единой сильной власти и потому действовали в союзе с русскими против Кази-муллы и Гамзат-бека. 25 лет Шамиль властвовал над горцами Дагестана и Чечни, успешно борясь против огромных сил России. Менее религиозный, чем Кази-мулла, менее торопливый и опрометчивый, чем Гамзат-бек, Шамиль обладал военным талантом, большими организаторскими способностями, выдержкой, настойчивостью, уменьем выбирать время для удара и помощников для исполнения своих предначертаний. Отличаясь твердой и непреклонной волей, он умел воодушевлять горцев, умел возбуждать их к самопожертвованию и к повиновению его власти, что было для них особенно тяжело и непривычно.

Превосходя своих предшественников умом, он, подобно им, не разбирал средств для достижения своих целей. Страх за будущее заставил аварцев сблизиться с русскими: аварский старшина Халил-бек явился в Темир-Хан-Шуру и просил полковника Клюки фон Клюгенау назначить в Аварию законного правителя, чтобы она не попала в руки мюридов. Клюгенау двинулся к Гоцатлю. Шамиль, устроив завалы на левом берегу Аварского Койсу, намеревался действовать русским во фланг и тыл, но Клюгенау удалось перейти через реку, и Шамиль должен был отступить внутрь Дагестана, где в это время произошли враждебные столкновения между претендентами на власть. Положение Шамиля в эти первые годы было очень затруднительно: ряд поражений, понесенных горцами, поколебал их стремление к газавату и веру в торжество ислама над гяурами; одно за другим вольные общества изъявляли покорность и выдавали заложников; боясь разорения русскими, горские аулы неохотно принимали у себя мюридов. Весь 1835-й год Шамиль работал втайне, набирая приверженцев, фанатизируя толпу и оттесняя соперников или мирясь с ними. Русские дали ему усилиться, так как смотрели на него как на ничтожного искателя приключений. Шамиль распускал слух, что трудится только над восстановлением чистоты мусульманского закона между непокорными обществами Дагестана и выражал готовность покориться русскому правительству со всеми койсу-булинцами, если ему будет назначено особое содержание. Усыпляя таким образом русских, которые в это время особенно занялись постройкой укреплений по берегу Черного моря, чтобы отрезать черкесам возможность сноситься с турками, Шамиль, при содействии Ташав-хаджи, старался поднять чеченцев и уверить их, что большая часть нагорного Дагестана приняла уже шариат (араб. шариа буквально - надлежащий путь) и подчинилась имаму. В апреле 1836 г. Шамиль, с партией в 2 тысячи человек, увещаниями и угрозами принудил койсу-булинцев и другие соседние общества к принятию его учения и к признанию его имамом. Командующий кавказским корпусом барон Розен, желая подорвать возрастающее влияние Шамиля, в июле 1836 г., послал генерал-майора Реута занять Унцукуль и, если возможно, Ашильту, местожительство Шамиля. Заняв Ирганай, генерал-майор Реут был встречен заявлениями покорности со стороны Унцукуля, старшины которого объяснили, что приняли шариат только уступая силе Шамиля. Реут не пошел после этого на Унцукуль и вернулся в Темир-Хан-Шуру, а Шамиль стал всюду распространять слух, что русские боятся идти в глубь гор; затем, пользуясь их бездействием, он продолжал подчинять своей власти аварские селения. Для приобретения большего влияния среди населения Аварии Шамиль женился на вдове бывшего имама Гамзат-бека и в конце этого года достиг того, что все свободные дагестанские общества от Чечни до Аварии, а также значительная часть аварцев и обществ, лежащих к Югу от Аварии, признали его власть.

В начале 1837 г. командующий корпуса поручил генерал-майору Фезе предпринять несколько экспедиций в разные части Чечни, что и было исполнено с успехом, но произвело ничтожное впечатление на горцев. Непрерывные нападения Шамиля на аварские селения заставили управляющего Аварским ханством Ахмет-хана Мехтулинского предложить русским занять столицу ханства Хунзах. 28 мая 1837 г. генерал Фезе вступил в Хунзах и вслед затем двинулся к селению Ашильте, близ которой, на неприступном утесе Ахульга, находилось семейство и все имущество имама. Сам Шамиль, с большой партией, находился в селении Талитле и старался отвлечь внимание войск от Ашильты, нападая с разных сторон. Против него был выставлен отряд под начальством подполковника Бучкиева. Шамиль пытался прорвать эту преграду и в ночь с 7 на 8 июня атаковал отряд Бучкиева, но после горячего боя принужден был отступить. 9 июня Ашильта была взята приступом и сожжена после отчаянного боя с 2 тысячами отборных фанатиков-мюридов, которые защищали каждую саклю, каждую улицу, а потом шесть раз бросались на наши войска, чтобы отбить Ашильту, но тщетно. 12 июня был взят штурмом и Ахульго. 5 июля генерал Фезе двинул войска на приступ Тилитла; повторились все ужасы ашильтипского погрома, когда одни не просили, а другие не давали пощады. Шамиль увидел, что дело проиграно, и выслал парламентера с выражением покорности. Генерал Фезе дался на обман и вступил в переговоры, после чего Шамиль и его товарищи выдали трех аманатов (заложников), в том числе племянника Шамиль, и присягнули в верности русскому императору. Упустив случай взять Шамиль в плен, генерал Фезе затянул войну на 22 года, а заключив с ним мир, как с равной стороной, поднял его значение в глазах всего Дагестана и Чечни. Положение Шамиля, тем не менее, было очень тяжело: с одной стороны, горцы были потрясены появлением русских в самом сердце самой недоступной части Дагестана, а с другой - погром, произведенный русскими, смерть многих храбрых мюридов и потеря имущества подорвали их силы и на некоторое время убили их энергию. Скоро обстоятельства переменились. Волнения в Кубанской области и в южном Дагестане отвлекли большую часть правительственных войск на юг, вследствие чего Шамиль мог оправиться от нанесенных ему ударов и вновь привлечь на свою сторону некоторые вольные общества, действуя на них то убеждением, то силой (конец 1838 г. и начало 1839 г.). Возле разрушенного в аварскую экспедицию Ахульго он построил Новый Ахульго, куда и перенес свою резиденцию из Чирката. В виду возможности соединения всех горцев Дагестана под властью Шамиля, русские в течение зимы 1838 - 39 годов подготовляли войска, обоз и припасы для экспедиции в глубь Дагестана. Необходимо было восстановить свободные сношения по всем нашим путям сообщения, которым теперь Шамиль угрожал до такой степени, что для прикрытия наших транспортов между Темир-Хан-Шурой, Хунзахом и Внезапной приходилось назначать сильные колонны из всех родов оружия. Для действия против Шамиля был назначен так называемый чеченский отряд генерал-адъютанта Граббе. Шамиль, со своей стороны, в феврале 1839 г. собрал в Чиркате вооруженную массу в 5000 человек, сильно укрепил селение Аргуани на пути из Салатавии в Ахульго, разрушил спуск с крутой горы Соук-Булах, а для отвлечения внимания напал 4 мая на покорное России селение Ирганай и увел жителей его в горы. В то же время преданный Шамилю Ташав-хаджи захватил селение Мискит на реке Аксае и возле него в урочище Ахмет-Тала построил укрепление, из которого он мог в любой момент напасть на Сунженскую линию или на Кумыкскую плоскость, а затем ударить в тыл, когда войска углубятся в горы при движении на Ахульго. Генерал-адъютант Граббе понял этот план и внезапным нападением взял и сжег укрепление возле Мискита, разрушил и сжег ряд аулов в Чечне, взял штурмом Саясани, опорный пункт Ташав-хаджи, и 15 мая вернулся во Внезапную. 21 мая он вновь выступил оттуда.

Возле селения Буртуная Шамиль занял фланговую позицию на неприступных высотах, но обходное движение русских заставило его уйти в Чиркат, ополчение же его разошлось в разные стороны. Разрабатывая дорогу по головоломным крутизнам, Граббе поднялся на перевале Соук-Булах и 30 мая подошел к Аргуани, где засел Шамиль с 16 тысячами человек, чтобы задержать движение русских. После отчаянного рукопашного боя в течение 12-и часов, в котором горцы и русские понесли огромные потери (у горцев до 2 тысяч человек, у нас 641 человек), он покинул аул (1-го июня) и бежал в Новый Ахульго, где заперся с самыми преданными ему мюридами. Заняв Чиркат (5 июня), генерал Граббе 12 июня подступил к Ахульго. Десять недель продолжалась блокада Ахульго; Шамиль свободно сносился с окрестными обществами, опять занял Чиркат и стал на наших сообщениях, беспокоя нас с двух сторон; отовсюду к нему стекались подкрепления; русские мало-помалу охватывались кольцом горских завалов. Помощь от самурского отряда генерала Головина вывела их из этого затруднения и позволила сомкнуть около Нового Ахульго кольцо батарей. Предвидя падение своей твердыни, Шамиль пытался вступить в переговоры с генералом Граббе, требуя свободного пропуска из Ахульго, но получил отказ. 17 августа произошел приступ, во время которого Шамиль опять пробовал вступить в переговоры, но без успеха: 21 августа приступ возобновился и после 2-дневного боя оба Ахульго были взяты, причем большая часть защитников погибла. Сам Шамиль успел бежать, по дороге был ранен и скрылся через Салатау в Чечню, где поселился в Аргунском ущелье. Впечатление от этого погрома было очень сильное; многие общества прислали атаманов и изъявили покорность; бывшие сподвижники Шамиля, в том числе Ташав-хаджа, задумали присвоить себе имамскую власть и набирали приверженцев, но ошиблись в своих расчетах: как из пепла феникс возродился Шамиль и уже в 1840 г. вновь начал борьбу с русскими в Чечне, воспользовавшись недовольством горцев против наших приставов и против попыток отобрать у них оружие. Генерал Граббе считал Шамиля безвредным беглецом и не заботился об его преследовании, чем тот и воспользовался, постепенно возвращая потерянное влияние. Недовольство чеченцев Шамиль усилил ловко пущенным слухом, что русские намерены обратить горцев в крестьян и привлечь к отбыванию воинской повинности; горцы волновались и вспоминали о Шамиле, противопоставляя справедливость и мудрость его решений деятельности русских приставов.

Чеченцы предложили ему стать во главе восстания; он согласился на это только после неоднократных просьб, взяв с них присягу и заложников из лучших семейств. По его приказу вся Малая Чечня и присунженские аулы стали вооружаться. Шамиль постоянно тревожил русские войска набегами больших и малых партий, которые с такой быстротой переносились с места на место, избегая открытого боя с русскими войсками, что последние совершенно измучились, гоняясь за ними, а имам, пользуясь этим, нападал на оставшиеся без защиты покорные России общества, подчинял их своей власти и переселял в горы. К концу мая Шамиль собрал значительное ополчение. Малая Чечня вся опустела; ее население бросило свои дома, богатые земли и скрылось в дремучих лесах за Сунжей и в Черных горах. Генерал Галафеев двинулся (6 июля 1840 г.) в Малую Чечню, имел несколько горячих столкновений, между прочим, 11 июля на реке Валерике (в этой битве участвовал Лермонтов, описавший ее в чудном стихотворении), но, несмотря на огромные потери, особенно при Валерике, чеченцы не отступились от Шамиля и охотно поступали в его ополчение, которое он теперь направил в северный Дагестан. Склонив на свою сторону гумбетовцев, андийцев и салатавцев и держа в руках выходы в богатую Шамхальскую равнину, Шамиль собрал у Черкея ополчение в 10 - 12 тысяч человек против 700 человек русского войска. Наткнувшись на генерал-майора Клюки фон Клюгенау, 9-тысячное ополчение Шамиля после упорных битв 10-го и 11-го мюля отказалось от дальнейшего движения, вернулось в Черкей и потом частью было распущено Шамиль по домам: он выжидал более широкого движения в Дагестане. Уклоняясь от боя, собирал ополчение и волновал горцев слухами, будто русские заберут конных горцев и отошлют на службу в Варшаву. 14 сентября генералу Клюки фон Клюгенау удалось вызвать Шамиля на бой под Гимрами: он был разбит на голову и бежал, Авария и Койсубу были спасены от разграбления и опустошения. Несмотря на это поражение, власть Шамиль не была поколеблена в Чечне; ему подчинились все племена между Сунжей и Аварским Койсу, поклявшись не вступать ни в какие сношения с русскими; изменивший России Хаджи-Мурат (1852х) перешел на его сторону (ноябрь 1840 г.) и взволновал Аварию. Шамиль поселился в селении Дарго (в Ичкерии, при верховьях реки Аксая) и предпринял ряд наступательных действий. Конная партия наиба Ахверды-Магомы появилась 29 сентября 1840 г. под Моздоком и увела несколько человек в плен, в том числе семейство купца армянина Улуханова, дочь которого, Анна, сделалась любимой женой Шамиля, под именем Шуанет.

К концу 1840 г. Шамиль был так силен, что командующий кавказским корпусом генерал Головин счел нужным вступить с ним в сношения, вызывая его на примирение с русскими. Это еще больше подняло значение имама среди горцев. В течение всей зимы 1840 - 1841 годов шайки черкес и чеченцев прорывались за Сулак и проникали даже до Тарков, угоняя скот и грабя под самой Термит-Хан-Шурой, сообщение которой с линией стало возможно только при сильном конвое. Шамиль разорял аулы, пытавшиеся противиться его власти, уводил с собой в горы жен и детей и заставлял чеченцев выдавать своих дочерей замуж за лезгин, и наоборот, чтобы родством связать эти племена между собой. Особенно важно было для Шамиля приобретение таких сотрудников, как Хаджи-Мурат, привлекший к нему Аварию, Кибит-Магома в южном Дагестане, очень влиятельный среди горцем, фанатик, храбрец и способный инженер самоучка, и Джемая-эд-Дин, выдающийся проповедник. К апрелю 1841 г. Шамиль повелевал почти всеми племенами нагорного Дагестана, кроме Койсубу. Зная, как важно для русских занятие Черкея, он укрепил все пути туда завалами и сам защищал их с чрезвычайным упорством, но после обхода их русскими с обоих флангов отступил вглубь Дагестана. 15 мая Черкей сдался генералу Фезе. Видя, что русские занялись постройкой укреплений и оставили его в покое, Шамиль задумал завладеть Андалялом, с неприступным Гунибом, где он рассчитывал устроить свою резиденцию, если бы русские вытеснили его из Дарго. Андалял был важен еще и тем, что жители его делали порох. В сентябре 1841 г. андаляльцы вошли в сношения с имамом; в правительственных руках остались только несколько небольших аулов. В начале зимы Шамиль наводнил Дагестан своими шайками и отрезал сообщение с покоренными обществами и с русскими укреплениями. Генерал Клюки фон Клюгенау просил у корпусного командира присылки подкреплений, но последний, рассчитывая, что Шамиль зимой прекратит свою деятельность, отложил это дело до весны. Между тем Шамиль вовсе не бездействовал, а усиленно готовился к кампании будущего года, не давая измученным войскам нашим ни минуты покоя. Слава Шамиля дошла до осетин и черкес, которые возлагали на него большие надежды. 20 февраля 1842 г. генерал Фезе взял приступом Гергебиль. 2 марта занял Чох без боя и 7 марта прибыл в Хунзах. В конце мая 1842 г. Шамиль вторгся с 15 тысячами ополченцев в Казикумух, но, разбитый 2 июня при Кюлюли князем Аргутинским-Долгоруким, быстро очистил Казикумухское ханство, вероятно потому, что получил известие о движении большого отряда генерала Граббе на Дарго. Прошедши в 3 дня (30 и 31 мая и 1 июня) всего 22 версты и потеряв выбывшими из строя около 1800 человек, генерал Граббе вернулся назад, ничего не сделав. Эта неудача необыкновенно подняла дух горцев. С нашей стороны ряд укреплений по Сунже, затруднявших чеченцам нападения на станицы на левом берегу этой реки, был дополнен устройством укрепления при Серал-юрте (1842 г.), а постройка укрепления на реке Ассе положила начало передовой чеченской линии.

Всю весну и лето 1843 г. Шамиль употребил на организацию своего войска; когда горцы убрали хлеб, он перешел в наступление. 27 августа 1843 г., сделав переход в 70 верст, Шамиль неожиданно появился перед Унцукульским укреплением, с 10 тысячами человек; на помощь укреплению шел подполковник Веселицкий, с 500 человек, но, окруженный неприятелем, погиб со всем отрядом; 31 августа Унцукуль был взят, разрушен до основания, многие из его жителей казнены; из русского гарнизона были взяты в плен оставшиеся в живых 2 офицера и 58 солдат. Затем Шамиль обратился против Аварии, где, в Хунзахе, засел генерал Клюки фон Клюгенау. Едва Шамиль вступил в Аварию, как одно селение за другим стало сдаваться ему; несмотря на отчаянную защиту наших гарнизонов, он успел взять укрепление Белаханы (3 сентября), Максохскую башню (5 сентября), укрепление Цатаных (6 - 8 сентября), Ахальчи и Гоцатль; видя это, Авария отложилась от России и жители Хунзаха удерживались от измены только присутствием войск. Такие успехи были возможны только потому, что россиийские силы были разбросаны на большом пространстве маленькими отрядами, которые помещались в небольших и плохо устроенных укреплениях. Шамиль не торопился атаковать Хунзах, боясь одной неудачей погубить приобретенное победами. Во всем этом походе Шамиль выказал талант выдающегося полководца. Предводительствуя толпами горцев, незнакомых еще с дисциплиной, своевольных и легко падавших духом при малейшей неудаче, он сумел в короткий срок подчинить их своей воле и внушить готовность идти на самые трудные предприятия. После неудачного нападения на укрепленную деревню Андреевку, Шамиль обратил внимание на Гергебиль, который был плохо укреплен, а между тем имел огромное значение, защищая доступ из северного Дагестана в южный, и на башню Бурундук-кале, занятую только несколькими солдатами, тогда как она защищала сообщение Аварии с плоскостью. 28 октября 1843 г. толпы горцев, числом до 10 тысяч, окружили Гергебиль, гарнизон которого составляли 306 человек Тифлисского полка, под начальством майора Шаганова; после отчаянной обороны крепость была взята, гарнизон почти весь погиб, только немногие попались в плен (8 ноября). Падение Гергебиля было сигналом к восстанию койсу-булинских аулов по правому берегу Аварского Койсу, вследствие чего русские войска очистили Аварию. Темир-Хан-Шура была теперь совершенно изолирована; не решаясь напасть на нее, Шамиль решил заморить ее голодом и напал на укрепление Низовое, где был склад съестных припасов. Несмотря на отчаянные приступы 6000 горцев, гарнизон выдержал все нападения их и был освобожден генералом Фрейгатом, который сжег припасы, заклепал пушки и отвел гарнизон в Кази-Юрт (17 ноября 1843 г.). Враждебное настроение населения заставило русских очистить Миатлинский блокгауз, потом Хунзах, гарнизон которого, под начальством Пассека, перешел в Зирани, где был осажден горцами. На помощь Пассеку двинулся генерал Гурко и 17 декабря выручил его из осады.

К концу 1843 г. Шамиль был полным господином Дагестана и Чечни; нам приходилось начинать дело их покорения с самого начала. Занявшись организацией подвластных ему земель, Шамиль разделил Чечню на 8 наибств и затем на тысячи, пятисотни, сотни и десятки. На обязанности наибов лежали распоряжения по вторжению мелких партий в наши пределы и наблюдение за всеми движениями русских войск. Значительные подкрепления, полученные русскими в 1844 г., дали им возможность взять и разорить Черкей и оттеснить Шамиля с неприступной позиции у Буртуная (июнь 1844). 22 августа русскими начата была постройка на реке Аргуне Воздвиженского укрепления, будущего центра Чеченской линии; горцы тщетно старались помешать постройке крепости, пали духом и перестали показываться. Даниель-бек, султан Элису, перешел в это время на сторону Шамиля, но генерал Шварц занял Элисуйское султанство, и измена султана не принесла Шамилю той пользы, на которую он рассчитывал. Власть Шамиль все еще была очень крепка в Дагестане, особенно в южном и по левому берегу Сулака и Аварского Койсу. Он понимал, что главной его поддержкой является низший класс народа, а потому и старался всеми средствами привязать его к себе: с этой целью он учредил должность муртазеков, из людей бедных и бездомных, которые, получив от него власть и значение, были слепым орудием в его руках и строго наблюдали за исполнением его предписаний. В феврале 1845 г. Шамиль занял торговый аул Чох и принудил к покорности соседние селения.

Император Николай I приказал новому наместнику, графу Воронцову, взять резиденцию Шамиля, Дарго, хотя против этого восставали все авторитетные кавказские боевые генералы, как против бесполезной экспедиции. Экспедиция, предпринятая 31 мая 1845 г., заняла Дарго, брошенное и сожженное Шамилем, и вернулась 20 июля, потеряв 3631 человек без малейшей пользы. Шамиль окружал русские войска во время этой экспедиции такой массой своих войск, что каждый вершок пути они должны были завоевывать ценой крови; все дороги были испорчены, перекопаны и перегорожены десятками завалов и засек; все селения приходилось брать приступом или они доставались разрушенными и сожженными. Русские вынесли из даргинской экспедиции убеждение, что путь к владычеству в Дагестане идет через Чечню и что действовать нужно не набегами, а прорубанием дорог в лесах, основанием крепостей и заселением занятых мест русскими переселенцами. Это и было начато в том же 1845 году. Чтоб отвлечь внимание правительства от событий в Дагестане, Шамиль беспокоил русских в разных пунктах по Лезгинской линии; но разработка и укрепление Военно-Ахтынской дороги и здесь постепенно ограничивали поле его действий, сближая самурский отряд с лезгинским. Имея в виду вновь овладеть Даргинским округом, Шамиль перенес свою столицу в Ведено, в Ичкерии. В октябре 1846 г., заняв сильную позицию при селе Кутеши, Шамиль намеревался заманить русские войска, под начальством князя Бебутова, в это узкое ущелье, окружить их здесь, отрезать от всяких сообщений с другими отрядами и разбить или заморить голодом. Русские войска неожиданно, ночью 15 октября, напали на Шамиля и, несмотря на упорную и отчаянную защиту, разбили его на голову: он бежал, бросив множество значков, одну пушку и 21 зарядный ящик. С наступлением весны 1847 г. русские осадили Гергебиль, но, защищаемый отчаянными мюридами, искусно укрепленный, он отбился, поддержанный вовремя Шамилем (1 - 8 июня 1847 г.). Начавшаяся в горах холера принудила обе стороны приостановить военные действия. 25 июля князь Воронцов осадил сильно укрепленный и снабженный большим гарнизоном аул Салты; Шамиль послал на выручку осажденных своих лучших наибов (Хаджи-Мурата, Кибит-Магому и Даниель-бека), но неожиданным нападением русских войск они были разбиты и бежали с громадной потерей (7 августа). Шамиль много раз пытался подать помощь Салтам, но успеха не имел; 14 сентября крепость была взята русскими. Постройкой укрепленных штаб-квартир в Чиро-юрте, Ишкартах и Дешлагоре, охранявших равнину между рекой Сулаком, Каспийским морем и Дербентом, и устройством укреплений при Ходжал-Махи и Цудахаре, положивших начало линии по Казикумыхскому-Койсу, русские очень стеснили движения Шамиля, затруднив ему прорыв на равнину и заперев главнейшие проходы в средний Дагестан. К этому присоединилось недовольство народа, который, голодая, роптал, что вследствие постоянной войны нельзя засеять поля и заготовить для своих семейств пропитание на зиму; наибы ссорились между собой, обвиняли друг друга и доходили до доносов. В январе 1848 г. Шамиль собрал в Ведено наибов, главнейших старшин и духовных лиц и объявил им, что, не видя от народа помощи в своих предприятиях и усердия в военных действиях против русских, он слагает с себя звание имама. Собрание объявило, что оно не допустит этого, потому что в горах нет человека, более достойного носить звание имама; народ не только готов подчиниться требованиям Шамиля, но обязывается послушанием и его сыну, к которому после смерти отца должно перейти звание имама.

16 июля 1848 г. Гергебиль был взят русскими. Шамиль со своей стороны, напал на укрепление Ахты, защищаемое всего 400 человек под начальством полковника Рота, а мюридов, воодушевляемых личным присутствием имама, было не менее 12 тысяч. Гарнизон защищался геройски и был спасен прибытием князя Аргутинского, разбившего скопище Шамиля при селении Мескинджи на берегах реки Самура. Лезгинская линия была поднята на южные отроги Кавказа, чем русские отняли у горцев пастбища и заставили многих из них покориться или переселиться в наши пределы. Со стороны Чечни мы стали теснить непокорные нам общества, врезываясь вглубь гор передовой Чеченской линией, состоявшей пока только из укрепления Воздвиженского и Ачтоевского, с промежутком между ними в 42 версты. В конце 1847 и начале 1848 годов в середине Малой Чечни было возведено укрепление на берегах реки Урус-Мартана между вышеназванными укреплениями, в 15 верстах от Воздвиженского и в 27 верстах от Ачтоевского. Этим мы отняли у чеченцев богатую равнину, житницу страны. Население пало духом; одни покорились нам и переселились ближе к нашим укреплениям, другие ушли дальше в глубь гор. Со стороны Кумыкской плоскости русские оцепляли Дагестан двумя параллельными линиями укреплений. Зима 1858 - 49 годов прошла спокойно. В апреле 1849 г. Хаджи-Мурат произвел неудачное нападение на Темир-Хан-Шуру. В июне русские войска подошли к Чоху и, найдя его отлично укрепленным, повели осаду по всем правилам инженерного искусства; но, видя громадные силы, собранные Шамилем для отражения приступа, князь Аргутинский-Долгоруков снял осаду. В зиму 1849 - 1850 годов была прорублена громадная просека от укрепления Воздвиженского на Шалинскую поляну, главную житницу Большой Чечни и отчасти Нагорного Дагестана; для обеспечения другого пути туда же прорублена была дорога от Куринского укрепления через Качкалыковский хребет до спуска в долину Мичика. Малая Чечня в четыре летних экспедиции вся была охвачена нами. Чеченцы доведены были до отчаяния, негодовали на Шамиля, не скрывали своего желания освободиться от его власти и в 1850 г. в числе нескольких тысяч переселились в наши пределы. Попытки Шамиль и его наибов проникнуть в наши пределы не имели успеха: они кончились отступлением горцев или даже полным их поражением (дела генерал-майора Слепцова у Цоки-юрта и Датыха, полковника Майделя и Бакланова на реке Мичике и в земле аухавцев, полковника Кишинского на Кутешинских высотах и др.). В 1851 г. политика вытеснения непокорных горцев с плоскостей и долин продолжалась, кольцо укреплений суживалось, число укрепленных пунктов увеличивалось. Экспедиция генерал-майора Козловского в Большую Чечню, превратила эту местность, до реки Бассы, в безлесную равнину. В январе и феврале 1852 г. князь Барятинский совершил на глазах Шамиля ряд отчаянных экспедиций в глубь Чечни. Шамиль стянул все свои силы в Большую Чечню, где на берегах рек Гонсаула и Мичика вступил в горячий и упорный бой с князем Барятинским и полковником Баклановым, но, несмотря на громадный перевес в силах, был разбит несколько раз. В 1852 г. Шамиль, чтобы подогреть усердие чеченцев и ослепить их блестящим подвигом, решился наказать мирных чеченцев, живших около Грозной, за их уход к русским; но его замыслы были открыты, его охватили со всех сторон и из 2000 человек его ополчения многие пали под Грозной, а другие утонули в Сунже (17 сентября 1852 г.). Действия Шамиля в Дагестане за эти годы заключались в рассылке партий, которые нападали на наши войска и на покорных нам горцев, но особого успеха не имели. Безнадежность борьбы сказалась в многочисленных переселениях в наши пределы и даже изменой наибов, в том числе Хаджи-Мурата.

Большим ударом для Шамиль в 1853 г. был захват русскими долины рек Мичика и его притока Гонсоли, в которых жило очень многочисленное и преданное ему чеченское население, кормившее своим хлебом не только себя, но и Дагестан. Он собрал для обороны этого угла около 8 тысяч конницы и около 12 тысяч человек пехоты; все горы были укреплены бесчисленными завалами, искусно расположенными и сложенными, все возможные спуски и подъемы были испорчены до полной негодности для движения; но стремительные действия князя Барятинского и генерала Бакланова привели к полному поражению Шамиля. Он затих до тех пор, пока наш разрыв с Турцией не заставил встрепенуться всех мусульман Кавказа. Шамиль распустил слух, что русские покинут Кавказ и тогда он, имам, оставшись полным господином, строго накажет тех, кто теперь же не перейдет на его сторону. 10 августа 1853 г. он выступил из Ведено, по дороге собрал ополчение в 15 тысяч человек и 25 августа занял селение Старые Закаталы, но, разбитый князем Орбелиани, который имел всего около 2 тысяч войска, ушел в горы. Несмотря на эту неудачу, население Кавказа, наэлектризованное муллами, готово было подняться против русских; но имам почему-то промедлил целую зиму и весну и только в конце июня 1854 г. спустился в Кахетию. Отбитый от селения Шильды, он захватил в Цинондалах семью генерала Чавчавадзе и ушел, ограбив несколько селений. 3 октября 1854 г. он опять появился перед аулом Истису, но отчаянная оборона жителей селения и крошечного гарнизона редута задержала его, пока из Куринского укрепления не подоспел барон Николаи; войска Шамиль были разбиты наголову и бежали в ближайшие леса. В течение 1855 и 1856 годов Шамиль был мало деятелен, а Россия не имела возможности предпринять что-либо решительное, так как занята была Восточной (Крымской) войной. С назначением главнокомандующим князя А. И. Барятинского (1856) русские начали энергично продвигаться вперед, опять при помощи просек и возведения укреплений. В декабре 1856 г. огромная просека прорезала Большую Чечню в новом месте; чеченцы перестали слушаться наибов и придвинулись к нам.

На реке Бассе в марте 1857 г. было возведено Шалинское укрепление, выдвинутое почти к подножию Черных гор, последнему убежищу непокорных чеченцев, и открывавшее кратчайший путь в Дагестан. Генерал Евдокимов проник в долину Аргена, вырубил здесь леса, сжег аулы, построил оборонительные башни и Аргунское укрепление и довел просеку до вершины Даргин-Дук, от которой недалеко до резиденции Шамиля, Ведена. Множество селений покорились русским. Чтобы удержать в своем повиновении хоть часть Чечни, Шамиль оцепил оставшиеся ему верными аулы своими дагестанскими тропами и загонял жителей дальше в горы; но чеченцы уже потеряли в него веру и искали только удобного случая, чтобы избавиться от его ига. В июле 1858 г. генерал Евдокимов взял аул Шатой и занял всю Шатоевскую равнину; другой отряд проник в Дагестан со стороны Лезгинской линии. Шамиль был отрезан от Кахетии; русские стали на вершинах гор, откуда могли в любую минуту спуститься в Дагестан по Аварскому Койсу. Чеченцы, тяготясь деспотизмом Шамиля, просили помощи у русских, выгоняли мюридов и свергали власти, поставленные Шамилем. Падение Шатоя так поразило Шамиля, что он, имея под ружьем массу войска, поспешно удалился в Ведено. Агония власти Шамиля началась с конца 1858 года. Допустив русских утвердиться беспрепятственно на Чанты-Аргуне, он сосредоточил большие силы по другому истоку Аргуна, Шаро-Аргуну, и потребовал поголовного вооружения чеченцев и дагестанцев. Его сын Кази-Магома занял ущелье реки Бассы, но был вытеснен оттуда в ноябре 1858 г. Аул Таузен, сильно укрепленный, был обойден нами с флангов.

Русские войска не шли, как прежде, через дремучие леса, где Шамиль был полный хозяин, а медленно двигались вперед, вырубая леса, проводя дороги, возводя укрепления. Для защиты Ведена Шамиль стянул около 6 - 7 тысяч человек. Русские войска подошли к Ведену 8 февраля, взбираясь на горы и спускаясь с них по жидкой и липкой грязи, делая в час по 1/2 версты, со страшными усилиями. Любимый наиб Шамиль Талгик перешел на нашу сторону; жители ближайших селений отказывали имаму в повиновении, так что он поручил защиту Ведена тавлинцам, а чеченцев увел подальше от русских, в глубь Ичкерии, откуда издал приказ, чтобы жители Большой Чечни переселились в горы. Чеченцы не исполнили этого приказа и явились к нам в лагерь с жалобами на Шамиля, с изъявлениями покорности и с просьбой о защите. Генерал Евдокимов исполнил их желание и для охраны переселяющихся в наши пределы отправил отряд графа Ностица на реку Хулхулау. Для отвлечения сил неприятеля от Ведена командующий Прикаспийской части Дагестана, барон Врангель, начал военные действия против Ичкерии, где сидел теперь Шамиль. Подойдя рядом траншей к Ведену, генерал Евдокимов 1 апреля 1859 г. взял его штурмом и разрушил до основания. Целый ряд обществ отпало от Шамиль и перешло на нашу сторону. Шамиль, однако, все еще не терял надежды и, появившись в Ичичале, собирал новое ополчение. Главный наш отряд свободно шел вперед, обходя неприятельские укрепления и позиции, которые вследствие этого оставлялись неприятелем без боя; встречавшиеся на пути селения покорялись нам тоже без боя; с жителями велено было везде обходиться мирно, о чем скоро узнали все горцы и еще охотнее стали отпадать от Шамиля, который удалился в Андаляло и укрепился на горе Гуниб. 22 июля отряд барона Врангеля появился на берегу Аварского Койсу, после чего аварцы и другие племена изъявили покорность русским. 28 июля к барону Врангелю явилась депутация от Кибит-Магомы, с объявлением, что он задержал тестя и учителя Шамиля, Джемал-эд-Дина, и одного из главных проповедников мюридизма, Аслана. 2 августа Даниель-бек сдал барону Врангелю свою резиденцию Ириб и аул Дусрек, а 7 августа сам явился к князю Барятинскому, был прощен и возвращен в бывшие свои владения, где занялся водворением спокойствия и порядка среди покорившихся русским обществ.

Примирительное настроение в такой степени охватило Дагестан, что в середине августа главнокомандующий беспрепятственно проехал через всю Аварию в сопровождении одних аварцев и койсубулинцев до самого Гуниба. Войска наши окружили Гуниб со всех сторон; Шамиль заперся там с небольшим отрядом (400 человек, считая и жителей селения). Барон Врангель от имени главнокомандующего предложил Шамилю покориться Государю, который разрешит ему свободный выезд в Мекку, с обязательством избрать ее своим постоянным местопребыванием; Шамиль отклонил это предложение. 25 августа апшеронцы поднялись по отвесным скатам Гуниба, перекололи отчаянно защищавших завалы мюридов и подошли к самому аулу (в 8 верстах от места, где они взобрались на гору), куда к этому времени собрались и другие войска. Шамилю пригрозили немедленным штурмом; он решился сдаться и был отведен к главнокомандующему, который принял его ласково и отправил, вместе с семьей, в Россию.

После приема в Петербурге императором ему отведена была для жительства Калуга, где он пробыл до 1870 г., с коротким пребыванием в конце этого времени в Киеве; в 1870 г. он был отпущен на жительство в Мекку, где и скончался в марте 1871 г. Соединив под своей властью все общества и племена Чечни и Дагестана, Шамиль был не только имамом, духовным главой своих последователей, но и политическим властителем. Опираясь на учение ислама о спасении души войной с неверными, стараясь объединить разрозненные народы восточного Кавказа на почве мохаммеданства, Шамиль хотел подчинить их духовенству, как общепризнанному авторитету в делах неба и земли. Чтобы достигнуть этой цели, он стремился к упразднению всех властей, порядков и учреждений, основанных на вековых обычаях, на адате; основой жизни горцев, как частной, так и общественной, он считал шариат, т. е. ту часть корана, где изложены гражданские и уголовные постановления. Вследствие этого власть должна была перейти в руки духовенства; суд перешел из рук выборных светских судей в руки кадиев, толкователей шариата. Связав исламом, как цементом, все дикие и вольные общества Дагестана, Шамиль отдал управление в руки духовных и при их помощи установил единую и неограниченную власть в этих некогда свободных странах, а чтобы им легче было выносить его иго, указывал на две великие цели, которых горцы, повинуясь ему, могут достигнуть: спасение души и сохранение независимости от русских. Время Шамиля называлось у горцев временем шариата, его падение - падением шариата, так как сейчас же после того везде возродились старинные учреждения, старинные выборные власти и решение дел по обычаю, т. е. по адату. Вся подчиненная Шамилю страна была разделена на округа, из которых каждый находился под управлением наиба, имевшего военно-административную власть. Для суда в каждом наибстве был муфтий, назначавший кадиев. Наибам было запрещено решать шариатские дела, подведомственные муфтию или кадиям. Каждые четыре наибства сначала подчинялись мудиру, но от этого установления Шамиль в последнее десятилетие своего господства принужден был отказаться, вследствие постоянных распрей между мудирами и наибами. Помощниками наибов были мюриды, которым, как испытанным в мужестве и преданности священной войне (газавату), поручали исполнять более важные дела.

Число мюридов было неопределенное, но 120 из них, под начальством юзбаши (сотника), составляли почетную стражу Шамиль, находились при нем безотлучно и сопровождали его во всех поездках. Должностные лица были обязаны беспрекословным повиновением имаму; за ослушание и проступки их подвергали выговору, разжалованию, аресту и наказанию плетьми, от которого были избавлены мудиры и наибы. Военную службу обязаны были нести все способные носить оружие; они делились на десятки и сотни, бывшие под начальством десятских и сотских, подчиненных в свою очередь наибам. В последнее десятилетие своей деятельности Шамиль завел полки в 1000 человек, делившиеся на 2 пятисотенных, 10 сотенных и 100 отрядов по 10 человек, в соответственными командирами. Некоторые селения, в виде искупления были избавлены от военной повинности, поставлять серу, селитру, соль и т. п. Самое большое войско Шамиль не превышало 60 тысяч человек. С 1842 - 43 годов Шамиль завел артиллерию, частью из брошенных нами или отнятых у нас пушек, частью из приготовленных на собственном его заводе в Ведене, где было отлито около 50 орудий, из которых годных оказалось не более четверти. Порох изготовлялся в Унцукуле, Ганибе и Ведене. Учителями горцев в артиллерийском, инженерном и строевом деле часто были беглые солдаты, которых Шамиль ласкал и одарял. Государственная казна Шамиля составлялась из доходов случайных и постоянных: первые доставлялись грабежом, вторые состояли из зекята - установленного шариатом сбора десятой части дохода с хлеба, овец и денег, и хараджа - подати с горных пастбищ и с некоторых селений, плативших такую же подать ханам. Точная цифра доходов имама неизвестна.

"От Руси Древней до Империи Российской". Шишкин Сергей Петрович, г. Уфа.

В 1817 году для Российской Империи началась Кавказская война, который продолжалась без малого 50 лет. Кавказ давно был регионом, на который Россиия хотела расширить свое влияние, и Александра 1, на фоне успехов внешней политики, решился на данную войну. Предполагалось, что достичь успеха можно будет за несколько лет, но Кавказ стал большой проблемой России на протяжении практически 50 лет. Интересное то, что эту войну застали три российских императора: Александр 1, Николай 1 и Александр 2. Победителем в результате вышла Россия, однако, победа далась большими усилиями. В статье предлагается обзор Кавказской войны 1817-1864 годов, ее причины, ход событий и последствия для России и народов Кавказа.

Причины войны

В начале 19 столетия Российская империя активно направляла усилия на захват земель на Кавказе. В 1810 году с ее состав вошло Картли-Кахетинское царство. В 1813 году Российская империя присоединила Закавказские (Азербайджанские) ханства. Несмотря на объявление покорности правящими элитами и согласие на присоединение, регионы Кавказа, заселенные народами, в основном исповедующими ислам, заявляют о начале борьбы за освобождение. Формируются два главных региона, в которых ощущается готовность к неповиновению и вооруженной борьбе за независимость: западный (Черкесия и Абхазия) и Северо-Восточный (Чечня и Дагестан). Именно эти территории стали основной ареной боевых действий 1817-1864 годов.

Историки выделяют такие основные причины Кавказской войны:

  1. Желание Российской империи закрепиться на Кавказе. Причем не просто включить территорию в свой состав, а полностью интегрировать ее, в том числе распространив свое законодательство.
  2. Нежелание некоторых народов Кавказа, в частности черкесов, кабардинцев, чеченцев и дагестанцев присоединяться к Российской империи, а главное – готовность вести вооруженное сопротивление захватчику.
  3. Александр 1 хотел избавить свою страну от бесконечных набегов народов кавказа на свои земли. Дело в том, что еще с начала 19 столетия фиксируются многочисленные нападения отдельных отрядов чеченцев и черкесов на российские территории с целью грабежа, что создавала большие проблемы для пограничных населенных пунктов.

Ход и основные этапы

Кавказская война 1817-1864 годов обширное событие, но ее можно разделить на 6 ключевых этапа. Дальше рассмотрим каждый из этих этапов.

Первый этап (1817-1819)

Это период первых партизанских выступлений в Абхазии и Чечне. Окончательно осложнил отношение между Россией и народами Кавказа генерал Ермолов, который начал строить укрепленные крепости для контроля над местными народами, а также приказал переселить горцев на равнины вокруг гор, для более строгого надзора за ними. Это вызвало волну протеста, которая еще больше усилила партизанскую войну и дальнейшее обострение конфликта.

Карта Кавказской войны 1817 1864

Второй этап (1819-1824)

Этот этап характеризуется договоренностями локальных правящих элит Дагестана в отношении совместных боевых действий против России. Одна из главных причин объединения – Черноморский казачий корпус передислоцировали на Кавказ, что вызвало массовое недовольство кавказцве. Кроме того, в этот период происходят бои в Абхазии между армией генерал-майора Горчакова и местными повстанцами, которые потерпели поражение.

Третий этап (1824-1828)

Этот этап начинается с восстания Таймазова (Бейбулата Таймиева) в Чечне. Его войска пытались захватить крепость Грозная, однако возле станицы Калиновская лидер повстанцев попал в плен. В 1825 году российская армия также одержала ряд побед над кабардинцами, что привело, к так называемому, усмирению Большой Кабарды. Центр сопротивления полностью переместился на северо-восток, на территорию чеченцев и дагестанцев. Именно на этом этапе возникает течение в исламе «мюридизм». Его основой является обязанность газавата – священной войны. Для горцев война с Россией становится обязанностью и частью религиозного верования. Заканчивается этап в 1827-1828 году, когда был назначен новый командующий кавказского корпуса И.Паскевич.

Мюридизм - исламское учение о пути к спасению путем связещенной войны - газават. Основва мюризма в обязательном участии в войне против "неверных".

Историческая справка

Четвертый этап (1828-1833)

В 1828 году происходит серьезное осложнение отношений горцев и российской армии. Местные племена создают первое горское независимое государство в годы войны – имамат. Первый имам – Гази-Мухамед, основатель мюридизма. Он первый, кто объявил России газават, однако в 1832 году погиб в ходе одного из сражений.

Пятый этап (1833-1859)


Самый длинный период войны. Он длился с 1834 по 1859 год. В этот период местный предводитель Шамиль объявляет себя имамом и также объявляет газават России. Его армия устанавливает контроль над Чечней и Дагестаном. На несколько лет Россия полностью теряет эту территорию, особенно во время участия в Крымской войне, когда все военные силы были брошены для участия в ней. Что касается самих боевых действий, то долгое время они велись с переменным успехом.

Перелом наступил только в 1859 году, после того как возле аула Гуниб Шамиль попал в плен. Это был перелом в Кавказской войне. После пленения Шамиля возили по центральным городам российской империи (Москва, Петербург, Киев), устраивая встречи с первыми лицами империи и генералами-ветеранами Кавказской войны. Кстати, в 1869 году его отпустили в паломничество в Мекку и Медину, где он умер в 1871 году.

Шестой этап (1859-1864)

После разгрома имамата Шамиля с 1859 по 1864 год происходит завершающий период войны. Это были небольшие локальные сопротивления, которые очень быстро удавалось устранить. В 1864 года удалось полностью сломить сопротивление горцев. Россия закончила сложную и проблемную для себя войну победой.

Основные результаты

Кавказская война 1817-1864 годов завершилась для России победой, в результате чего было решено несколько задач:

  1. Окончательный захват Кавказа и распространение там своего административного устройства и правовой системы.
  2. Усиление влияния в регионе. После захвата Кавказа этот регион становится важным геополитическим пунктом для усиления влияния на Востоке.
  3. Начало заселения этого региона славянскими народами.

Но несмотря на успешное завершение войны, Россия приобрела сложный и неспокойный регион, который требовал усиленных ресурсов для поддержания порядка, а также дополнительных мер защиты в связи с интересами Турции в этой области. Такой была Кавказская война для Российской империи.

Кавказская война (кратко)

Краткое описание Кавказской войны (с таблицами):

Кавказской войной историками принято называть продолжительный период военных действий Северокавказского имамата и Российской империи. Данное противостояние велось за полное подчинение всех горных территорий Северного Кавказа, и было одним из самых ожесточённых в девятнадцатом веке. Период войны охватывает время с 1817 по 1864 год.

Тесные политические отношения народов Кавказа и России начались сразу же после распада Грузии в пятнадцатом веке. Ведь начиная с шестнадцатого века многие государства Кавказского хребта были вынуждены просить защиты у России.

В качестве главной причины войны историки выделяют тот факт, что Грузия, являлась единственной христианской державой, которая регулярно подвергалась нападениям со стороны расположенных рядом мусульманских стран. Не один раз грузинские правители просили российского покровительства. Так, в 1801 году Грузия была формально включена в состав России, но была полностью изолирована от Российской империи соседними странами. В данном случае появилась острая необходимость формирования целостности российской территории. Это могло быть реализовано лишь при условии подчинения иных народностей Северного Кавказа.

Такие кавказские государства как Осетия и Кабарда вошли в состав России практически добровольно. А вот остальные (Дагестан, Чечня и Адыгея), оказывали ожесточённое сопротивление, категорически отказываясь подчиниться империи.

В 1817 году был начат главный этап покорения Кавказа русскими войсками под командованием генерала А. Ермолова. Интересно, что именно после назначения Ермолова командующим армии и начинается Кавказская война. В прошлом же, русская власть довольно мягко относилась к народам Северного Кавказа.

Основной сложностью ведения военных действий в данный период являлось то, что в то же время России приходится участвовать в русско-иранской и русско-турецкой войне.

Второй период Кавказской войны связан с появлением в Дагестане и Чечне общего лидера – имама Шамиля. Он смог объединить разрозненные недовольные империей народы и начать против России освободительную войну. Шамилю удалось довольно быстро сформировать мощную армию и вести с ней более тридцати лет успешные военные действия против России.

После ряда неудач в 1859 году Шамиль был взят в плен, после чего сослан вместе со своей семьёй в Калужскую область на поселение. С его отстранением от военных дел России удалось одержать массу побед, и к 1864 году вся территория Северного Кавказа стала частью империи.